Председатель КНР Си Цзиньпин опубликовал статью в журнале Коммунистической партии Китая «Цюши», в которой заявил о необходимости превратить юань в мировую резервную валюту. Си подчеркнул, что Китаю нужна «мощная валюта», способная получить «широкое применение в международной торговле, инвестициях, на валютных рынках и статус резервной валюты». Первоначально эти заявления были сделаны в 2024 году при обращении к высокопоставленным региональным чиновникам, но опубликованы лишь 31 января 2026 года.

Си обозначил необходимый фундамент для укрепления позиций юаня: «мощный центральный банк», способный эффективно управлять денежными средствами; конкурентоспособные в глобальном масштабе финансовые институты; и международные финансовые центры, которые смогут «привлекать мировой капитал и оказывать влияние на глобальное ценообразование». Эта комплексная программа отражает стремление Китая переустроить глобальную финансовую систему в соответствии со своими интересами.

Время публикации статьи показательно: она вышла на фоне повышенной неопределённости на мировых рынках. Ослабление доллара, предстоящая смена руководства ФРС, геополитическая и торговая напряжённость заставляют мировые центробанки переосмыслить уровень зависимости от долларовых активов. Экономист Pantheon Macroeconomics Кевин Лам отмечает, что повышенное внимание Си к юаню отражает «новые пробоины в мировом порядке» и указывает на то, что «Китай чувствует, что смена мирового порядка реальна как никогда».

Однако амбиции Китая сталкиваются с жёсткой финансовой реальностью. По данным МВФ, на третий квартал 2025 года доля юаня в мировых резервах составляла всего 1,93%, что делает его шестой валютой среди всех резервных средств. Доллар по-прежнему доминирует с долей около 57% (хотя это ниже исторического уровня 71% в 2000 году), евро занимает примерно 20%. Путь от текущей позиции к статусу полноценной резервной валюты потребует не только амбиций, но и фундаментальных реформ в контроле над капиталом и открытости китайского финансового рынка.